» » «Горячая точка биогенного загрязнения»

«Горячая точка биогенного загрязнения»

Совсем скоро, когда растает байкальский лёд, во всей своей ужасающей «красе» предстанет главная экологическая проблема региона – засилие чужеродной водоросли спирогира. На тему состояния Байкальской экосистемы высказалась сотрудница биологического факультета Московского государственного университета Олеся Ильина. Она не просто представляет свой комментарий как специалист, - Олеся стремится не только словом, но и делом помочь жителям Северобайкалья справиться с рядом экологических угроз. Так, например, она выступает научным руководителем проекта «Я познаю Байкал», о котором не так давно упоминалось на нашем портале. Сейчас на своей странице в соцсети учёная высказала своё видение экологического состояния Байкала.

Олеся Ильина уже много внимательно следит за ситуацией со спирогирой на Байкале. «В первый раз мы были там в 2016 году, незадолго после серии скандалов в прессе на эту тему. Предприятие комплекса очистных сооружений тогда попало под раздачу, его не обвинял только ленивый. Была еще целая детективная история на тему загрязнений», - вспоминает учёная. 

Далее она комментирует одну из главных гипотез о причине массового развития спирогиры в озере: «После скандалов и выступлений в прессе про катастрофу со спирогирой появились теории, согласно которым катастрофа была вызвана нелегальными сбросами в общую систему неочищенных стоков из вагонного депо. На месте общественники рассказывали историю, что вагоны мыли каким-то агрессивным реагентом, и даже приводили название - анавидин (это дезинфицирующее моющее средство). По теории заговора стоки с реагентом попали в городские очистные, убили там весь активный ил, после чего очистные перестали справляться с очисткой, а в Байкале выросла спирогира». 

Но, как учёного-биолога, Олесю Ильину такая версия не удовлетворила. Для того, чтобы установить причину экологического бедствия, учёная лично побывала в депо Северобайкальска. «Они имеют свои собственные очистные, гораздо более современные, чем городские, после них стоки поступают в общий коллектор. Нефтепродукты не сливают, их собирают отдельно и вывозят за пределы водоохранной зоны. Сливали они что-то нелегально без очистки или нет - мы конечно установить не могли», - рассказывает Олеся и добавляет: «Но дело даже не в этом». Согласно мнению некоторых, именно ряд неких нелегальных сбросов неочищенных стоков из депо в систему городских очистных сооружений и погубил активный ил, при помощи которого объект справлялся с очисткой отходов. Но биолог в корне не согласна с подобным выводом: «Гибель активного ила иногда случается, он формируется повторно в течение недели-двух. Ил чаще всего вообще не вносится извне, он нарастает при активном снабжении кислородом из микроорганизмов, уже содержащихся в стоках». В наличии ила на очистных сооружениях учёная убедилась лично: «Оба раза, когда мы были на предприятии, ил был «бодр и весел». 

«Спирогира тем временем продолжает расти и портить ландшафт», - констатирует Олеся Ильина. При этом главным рубежом на пути опасных стоков являются очистные сооружения Северобайкальска, запущенные ещё в 1982 году. «Предприятие штатно работает и до сих пор выдает проектные показатели, хотя ему уже больше 30 лет», - подтверждает биолог. Но оно уже не в состоянии справиться с очисткой фосфатов, содержащихся в современных чистящих средствах. Проходя через систему очистных сооружений, эти вещества отправляются напрямую в озеро. На саму организацию за это выписываются штрафы. «Самые большие штрафы предприятию начисляют за фосфор, которого на выходе не больше чем у других предприятий. Делать что-либо с фосфором кроме того, что делается сейчас, очистные не могут, нет таких устройств», - заявляет учёная. Сами сотрудники сооружений признаются ей: "Вот если бы не было штрафов за фосфор, можно было бы жить. Но нам все равно проще платить штрафы, чем заниматься модернизацией - на нее просто нет ни ресурсов, ни сил". При этом, как замечает Олеся Ильина, «с 2016 года на предприятии ничего не изменилось. Травля затихла, диванные эксперты переключились на Култук и китайцев».

Главной же причиной экологического бедствия являются фосфаты. Точнее, содержащие их чистящие средства. И здесь, к удивлению учёной, никакого энтузиазма не наблюдается. «Фосфат-содержащие порошки не запрещены и даже не демонизируются. О вреде фосфат-содержащих порошков многие жители вообще не в курсе. Они винят очистные, несправедливо считая их старыми, аварийными и никчемными», - рассказывает Олеся, вспоминая обилие именно таких средств на полках северобайкальских магазинов. Отыскать бесфосфатные чистящие средства учёной из Москвы удалось только вместе с Еленой Корчемахой, которая входит в экологический совет Северобайкальска. 

В свете предстоящей модернизации очистных сооружений города, Олеся Ильина ознакомилась с техническим заданием планируемой реконструкции. В документе учёную насторожил один немаловажный нюанс: «Там одно из условий - сохранение тарифа, 5 с копейками рублей за куб. Это действующий тариф, этих денег едва хватает на насущные нужды, в них просто нет резерва на доочистку. Задача не имеет решения? Таков выходит итог?»

Что ж, и финал истории с экологической ситуацией на Байкале также остаётся открытым. И зависит он прежде всего от экологической сознательности общества.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев